Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на «The Moscow Times. Мнения» в Telegram

Подписаться

Позиция автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

Почему арабо-израильский конфликт не имеет конца: вспоминая Георгия Мирского

Сегодня — 76 лет со дня утверждения Генеральной ассамблей ООН плана раздела Палестины на еврейское и арабское государства. Самое время вспомнить патриарха российского востоковедения Георгия Мирского: он наблюдал за арабо-израильскими отношениями 70 лет и объяснял, почему у конфликта «конца нет и не предвидится».
Георгий Мирский, выдающийся востоковед снимок экрана

Вспышка насилия в арабо-израильских отношениях — очередная в катастрофической цепи событий, тянущихся с момента создания государства Израиль в 1948 году. Между Израилем и палестинцами с тех пор не прекращается конфронтация — у нее глубокие корни! Периодически конфронтация переходит в кровопролитные столкновения с многочисленными жертвами среди гражданского населения, разрушениями городских кварталов и инфраструктуры.

Самый долгий конфликт нашей эпохи был объектом интереса Георгия Мирского, «последнего рыцаря востоковедения», который до мельчайших подробностей владел всей полнотой непримиримых противоречий между сторонами и с беспощадной ясностью обнажал «палестинский узел», который невозможно «ни развязать, ни разрубить».

Камни преткновения

Мирский был уверен, что для осознания тупиковости ситуации достаточно проследить за историей развития арабо-израильских отношений в XX веке. Об этом он подробно писал и в научных трудах, и в публицистических материалах и интервью СМИ. Как же далеко стороны отошли от первоначального плана раздела Палестины, утвержденного Генассамблей ООН 29 ноября 1947 года резолюцией № 181, путем создания двух государств — арабского и еврейского.

Известно, что план совершенно не устроил арабов, считавших новорожденное еврейское государство незаконным и вознамерившихся его уничтожить. Череда последовавших арабо-израильских войн, ожесточенные атаки и теракты палестинцев, акты возмездия со стороны Израиля, затрагивавшие территории сопредельных государств, стихийные гражданские восстания (интифады) на палестинских землях сделали этот план практически нереализуемым. В частности, это касается создания на территории Палестины арабского государства, в чем сегодня видят ключ к мирному урегулированию конфликта не только некоторые главы арабских государств, но и президент России и президент США.

Более 20 лет назад Мирский указывал на три камня преткновения, делающие эту задачу неразрешимой, что в очередной раз подтверждается недавним чудовищным нападением боевиков исламистской экстремистской группировки «Хамас» на израильских жителей, спровоцировавших боевые действия Израиля в секторе Газа. Сегодня, в 76-ю годовщину со дня утверждения плана ООН, самое время их снова обозначить, а политикам — искать пути их преодоления с самого начала новых попыток урегулирования конфликта.

Иерусалим

Иерусалим для мусульман — третий из священных городов после Мекки и Медины, по-арабски он называется аль-Кудс, «священный». Особое место занимает находящаяся в Старом городе Храмовая гора, которую арабы называют аль-Харам аш-Шариф («благородное и неприкосновенное святилище»), поскольку здесь расположены две мечети — аль-Акса и «Купол скалы», почитаемые мусульманами как величайшие святыни. Но этот небольшой клочок земли также является и иудейской святыней: там находится место, где, согласно иудейским верованиям, Авраам собирался принести в жертву своего сына Исаака и где хранился Ковчег Завета; затем там же был построен храм Соломона, уничтоженный вавилонскими завоевателями; там же находится Стена плача — единственная сохранившаяся часть второго храма, разрушенного римлянами.

Мирский подчеркивал, что «на земном шаре нет куска земли, аналогичных размеров (площадь Храмовой Горы всего около 12 гектаров), который бы имел столь колоссальное символическое значение», поэтому его статус — «это один из главных камней преткновения между израильтянами, с одной стороны, и палестинскими арабами, вообще арабами и мусульманами — с другой».

План ООН предусматривал при решении вопроса о разделе Палестины предоставление Иерусалиму особого статуса под международным контролем. Но после второй арабо-израильской войны («шестидневной», в июне 1967 г.), закончившейся поражением арабов, Иерусалим стал единым городом под властью Израиля, а тогдашний министр обороны Моше Даян, стоя у Стены плача, заявил: «Мы вернулись сюда спустя две тысячи лет с тем, чтобы уже никогда отсюда не уйти».

Несмотря на то что ООН вынесла решение о незаконности аннексии арабской части города и неоднократно осуждала де-факто изменение статуса Иерусалима, Израиль неизменно отказывался проводить какой-либо раздел города, а в 1980 году израильский кнессет вообще принял закон, что город является вечной и неделимой столицей еврейского государства.

Нахождение Иерусалима в руках Израиля неприемлемо для арабов. Как подчеркивал покойный Ясер Арафат, основатель и руководитель Организации освобождения Палестины, «не родился еще такой арабский лидер, который мог бы отказаться от Иерусалима». Более того, даже те умеренно настроенные арабы, которые готовы признать раздел Палестины на основе плана ООН, настаивают на «уходе Израиля со всех палестинских и арабских территорий, которые он оккупировал в 1967 г., включая арабский Иерусалим», о чем было прямо сказано в политическом заявлении, принятой на чрезвычайной сессии Палестинского национального совета от 12 ноября 1988 г.

Позиция же «Хамас», контролирующего с 2007 года сектор Газа, крайне радикальная и непримиримая, в принятой им «Исламской хартии» право на существование еврейского государства, которая занимает 77% общей площади исторической Палестины, вообще отрицается — напротив, подчеркивается, что Израиль будет существовать до тех пор, пока ислам не уничтожит его, как до этого он уничтожил других.

В другом основополагающем документе «Хамас» (Вступительном меморандуме) сказано, что «с сионистской колонизацией может быть покончено только путем всеобъемлющей священной борьбы, основным инструментом которой является борьба вооруженная… Ни при каких обстоятельствах недопустимо уступить хотя бы часть Палестины». Политическое руководство «Хамас» не скрывает своих радикальных и даже геноцидальных взглядов, выражая их публично в различных СМИ.

Уступить в вопросе о судьбе Иерусалима для любого политического лидера палестинцев или израильтян означает переступить ту черту, которая, по мнению Мирского, приведет к катастрофической потере лица и обвинению в предательстве — и не будет поддержано общественным мнением ни в арабских странах, ни в Израиле; это будет политическое самоубийство. Не случайно один из сегодняшних лидеров «Хамаса» Исмаил Хания, осознавая смертельную опасность, нависшую в эти дни над всей группировкой, выразил готовность начать переговоры по урегулированию конфликта на основе «предательского для хамасовцев» проекта создания двух государств, если Израиль прекратит войну в секторе Газа, но сразу же оговорился, что Иерусалим должен стать столицей Палестины.

Еврейские поселения на Западном берегу реки Иордан

Поселения стали создаваться после 1967 года на территориях, занятых Израилем в ходе Шестидневной войны. ООН и некоторые страны определяют эти территории как оккупированные, поскольку они предназначались для создания арабского государства. Занимаемая поселениями территория составляет 8–10% площади Западного берега. Сегодня насчитывается более 140 поселений с общим числом жителей 470 тыс. человек (и еще 230 тыс. еврейских поселенцев живут в районе Иерусалима на арабской территории, не входящей в состав Западного берега). Некоторые поселения уже превратились в настоящие города, в них наблюдfется высокий уровень прироста населения, и правительство Израиля регулярно утверждает планы строительства новых жилых кварталов в этих поселениях и целенаправленно расширяет их территории.

Мирский считал, что решить проблему поселенцев крайне сложно, «как правило, это сильные, невероятно упорные и фанатично настроенные люди с высокой идейной мотивацией сохранять еврейское присутствие в Иудее и Самарии, как в Израиле называют Западный берег. Например, в Хевроне, бывшей первой столице древнего царства при царе Давиде, где находятся могилы Авраама и других патриархов, в окружении 150 тысяч арабов живут 500 еврейских семей, для охраны которых постоянно дислоцирована целая воинская часть».

Сегодня поселенцы составляют около 5% еврейского населения Израиля, и не считаться с их мнением крайне рискованно для любого политического лидера страны. Инициатива по урегулированию арабо-израильского конфликта, которая привела к подписанию соглашений, вошедших в историю как «Осло I» и «Осло II», и передаче палестинцам части территории сектора Газа и Западного берега, где проживали поселенцы, стоила жизни премьер-министру Израиля Ицхаку Рабину, убитому праворадикальным израильтянином, мотивировавшим свои действия тем, что «защищал народ Израиля от соглашений в Осло».

Демонтаж ограниченного числа израильских поселений состоялся лишь единожды — в 2005 году, по плану одностороннего размежевания тогдашнего премьер-министра Израиля Ариэля Шарона. План предусматривал вывод всех еврейских поселений с территории сектора Газа и эвакуацию нескольких поселений с Западного берега. Шарон за этот план был подвергнут жесткой критике со стороны как левых, так и правых в Израиле, а противники размежевания устраивали многочисленные демонстрации протеста и даже совершали теракты в израильских городах. По иронии судьбы, через пару лет после демонтажа поселений занимаемые ими территории, как и сектор Газа в целом, полностью перешли под контроль «Хамаса».

Для палестинцев еврейские поселения на их земле являются символом оккупации, и они категорически отвергают возможность их сохранения в случае образования палестинского государства, поэтому на протяжении многих лет представители радикальных движений ведут их периодические обстрелы ракетами и минометными снарядами.

Палестинские беженцы

Результатом арабо-израильских войн стали не только территориальные приобретения Израиля, но и волны беженцев из Палестины. В 1948–1949 гг. из той части Палестины, которая оказалась под властью израильтян, бежал почти миллион арабов, в 1967 году к ним прибавились еще 300 тыс. беженцев. Сегодня зарегистрированных беженцев, включая потомков тех, кто бежал, насчитывается около 6 млн. Они живут на пособия от ООН в 58 лагерях на территории Иордании, Ливана, Сирии, сектора Газа и Западного берега реки Иордан, в том числе и в восточном Иерусалиме. Согласно резолюции 194 Генассамблеи ООН, принятой в 1948 году, беженцам должно быть обеспечено «право на возвращение». Израиль за ними этого права никогда не признавал. Очевидно, что ни одно израильское правительство никогда не согласится вернуть на территорию своей страны миллионы арабов, даже несмотря на то, что демографический фактор, на который рассчитывал в свое время Арафат (известны его слова: «главное оружие палестинцев — это чрево арабской женщины»), уже перестал действовать в их пользу.

Сегодня проживающие в Израиле и имеющие израильское гражданство арабы составляют 17% населения страны — всего в Израиле 9,3 млн человек. Они пользуются точно такими же, как и евреи, гражданскими и политическими правами, в частности могут свободно голосовать за израильские арабские партии, представленные в кнессете и получающие в последние годы 10–13 мандатов. Добавление к ним палестинских беженцев существенно увеличит долю арабов в населении Израиля, превратит его из еврейского в арабско-еврейское государство, что создаст серьезные риски существования Израиля.

За счет беженцев образовалась крупная палестинская диаспора, и совершенно естественно, объяснял Мирский, что в ее рядах появляются люди, готовые взять в руки оружие и силой отвоевать отобранные у них земли. Никто не гарантирует Израилю, что вернувшиеся в свои дома беженцы смогут мирно сосуществовать с евреями и что народы преодолеют накопившуюся за полвека взаимную вражду и ненависть, ежегодно подпитываемую многочисленными убийствами гражданских лиц, включая женщин и детей, с обеих сторон.

Невозможность компромисса

Сейчас, впрочем, как и на всем протяжении арабо-израильского конфликта, по этим наиболее острым вопросам позиции сторон диаметрально противоположны. Ни один палестинский лидер не может не выдвинуть все те же условия урегулирования, которые были зафиксированы в резолюции 242 Совета Безопасности ООН еще в 1967 году (позднее они воспроизводились в «Дорожной карте» и в «Саудовской инициативе»): вывод израильских вооруженных сил со всех оккупированных в 1967 году палестинских территорий (включая Восточный Иерусалим); демонтаж еврейских поселений на Западном берегу; достижение справедливого урегулирования проблемы палестинских беженцев. Лидер, который не выступит с таких позиций, предстанет перед палестинским народом и всем арабским миром как капитулянт или даже предатель и как минимум не получит общественной поддержки, о чем, в числе прочего, говорят и данные опросов палестинской общественности, проведенные 6–9 сентября 2023 года: 58% палестинцев поддерживают возврат к конфронтации и вооруженной интифаде в отношениях с Израилем, а 67% палестинцев выступают против создания двух государств.

Схожие настроения наблюдаются в Израиле, и они, естественно, усилились после атаки «Хамаса» 7 октября. Согласно свежим опросам, 83% израильтяне не согласны вести переговоры с палестинской стороной при продолжающихся террористических атаках. Они убеждены, что арабы желают полного господства на всей территории Палестины, что они проводят политику поэтапного возвращения всех утерянных ими земель и поэтому «нельзя отдавать им палец — завтра они потребуют всю руку».

Налицо тотальное недоверие этих народов друг к другу. Мирский писал, что «ни те, ни другие не проявляют ни малейшего интереса к тому, чтобы „войти в положение другого“, ознакомиться с историей и образом мыслей противной стороны. В прессе и в учебниках даже не упоминаются примеры мирного сосуществования арабов и евреев в прошлом, говорится лишь о войнах, преследованиях, изгнании, восстаниях».

Эти отношения остаются неизменными в течение многих десятилетий. Еще в 1937 году Королевская комиссия по Палестине (комиссия Пиля), созданная для расследования причин беспорядков на территории Британского мандата в Палестине, в отчете констатировала: «Не поддающийся усмирению конфликт возник между двумя национальными общинами в одной маленькой стране… У них отсутствует общая почва для понимания… Религия и язык у них различны. Их культурная и социальная жизнь, их образ мыслей и манера поведения так же несовместимы, как и их национальные устремления. Именно последние и являются наибольшей помехой установлению мира. Арабы и евреи могли бы, возможно, научиться совместно жить и работать в Палестине, если бы они сделали искреннюю попытку примирить и объединить свои национальные идеалы и со временем создать общую или двойную национальность. Но они не могут этого сделать. Война и ее последствия вдохнули в арабов надежду на возрождение традиций арабского золотого века в свободном и объединенном арабском мире. Точно так же и евреев воодушевляет их прошлая история. Они хотят показать, чего может добиться еврейская нация, возвращенная на землю своего рождения. Поэтому национальная ассимиляция между арабами и евреями исключена».

Очевидно, арабо-израильский конфликт имеет глубокий, фундаментальный характер, для его разрешения которого невозможно предложить рецепт, удовлетворительный для обеих сторон. Для выхода из тупика нужны компромиссы, взаимные уступки и встречные шаги, но прежде всего доверие, установить которое невозможно без желания и общих усилий, поддерживаемых международных сообществом.

Ясно лишь одно, подчеркивал Мирский, «в любом случае на многострадальной земле Палестины всегда будут жить оба народа. Ни изгнать, ни уничтожить друг друга они не в состоянии, хотя крови могут пролить немало. И в конце концов им придется как-то договариваться».

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку